ОГНЕСРУЧИЙ КАКАДУ!!!!!!!!!!!!!!!!
Пост о мизогинии и парадоксах.
О том, что с конца нулевых в российском обществе год от года крепнет волна традиционализма, консерватизма, сексизма и мизогинии, - сегодня не писал только ленивый. Это - огромная, многогранная и сложнейшая проблема, и этот пост, в общем-то, даже не о ней, ибо она слишком глобальна. Но - об одном из её крайне любопытных аспектов - об абсолютно парадоксальной ненависти к женщинам.
Парадоксальной я её называю не потому, что мне она не нравится и даже не потому, что она несправедлива, вопиюща и антигуманна (а она именно такова) - нет, дело совсем не в этом. В чём же?
Всякий помнит, что мудрые мужи античности полагали, что у женщины нет ума, и природа её грязна и ничтожна, а значит место её - на кухне и с детьми, а также у ног мужа. Классик мужского шовинизма Аристотель считал, что поскольку "женщине не удалось стать мужчиной, то её более низкое положение - естественно", а семейная иерархия, в которой муж управляет женой и детьми так же, как и рабами - это нечто абсолютно природное и сообразное Логосу.
Так же считали многие греки, предпочитавшие избегать женского общества насколько это возможно. Поэтому женщину полагалось ограждать от обучения и коммуникации с внешним миром и содержать в определённой половине дома, покидать которую она могла только с разрешения мужчины. В этой же половине дома она жила, рожала, кормила и растила детей - вместе со всеми другими женщинами, проживавшими там - в изоляции. Впрочем, сыновей у неё забирали на другую - мужскую - половину дома ещё до наступления их отрочества - с тем, чтобы воспитать из них добропорядочных граждан (мать могла оказаться преградой для этого, ведь она - женщина). Юноши обучались с юношами и воспитывались благородными мужчинами. Философия, политика, спорт, и прочее - вот что следовало им постигнуть.Женщине среди всего этого по понятным причинам не было места: она приземлённа и ассоциируется исключительно с бытовыми услугами и досадной необходимостью продолжать род. Более она ни на что не годна.
Что ж, сегодня этот взгляд на женщину вновь становится общепринятым. Шуточки про "борщ по-мужски", для приготовления которого "необходимо взять 55 килограмм женщины и поставить к плите до полной его готовности"; шуточки про паркующихся женщин и вообще женщин за рулём; шуточки от профессоров физфака про женщин-физиков, которые, якобы, похожи на морских свинок, у которых ничего общего ни с морем, ни со свиньёй; женоненавистнические мужские сообщества, изображающие женщину то в виде мяса, то в виде аксессуара, вроде дорогих часов, то в виде надоедливой и глупой, но милой домашней собачки; кремлёвские лекции фриковатых, но именитых учёных (таких, как господин Жуков) о том, что женский мозг по природе работает только в режиме первобытных инстинктов + бытовое обслуживание - всё это очень сообразуется с античными представлениями о женщине. С одной лишь разницей.
Античность гордилась своей логикой, а потому, имея такой мизогиничный взгляд на женщину, была...гомосексуальна.
В самом деле, если любовь - это глубокое экзистенциальное влечение (а именно такова любовь, воспетая Платоном, т.е. платоническая), то невозможно любить женщину - ведь она примитивна и не может быть ни собеседником, ни гражданином. С женщиной можно только продолжать род, но даже и сексуальная связь с ней - бессодержательна, поскольку секс - это только проявление глубинной и осмысленной любви. Греки, разделявшие такой взгляд на любовь, считали подобные бессодержательные связи отвратительными. Любовь, по их мнению, возможна только между мудрыми и интеллектуально развитыми людьми. Если такими являются только мужчины, что ж, значит, любовь доступна только мужчинам. Любовь, лишённая содержания, - есть нечто грязное, и не заслуживающее подобного названия. Короче говоря, не желая запятнать себя подобной грязью (как любовь с примитивным существом), греческие мужи предпочитали любить друг друга. По большому счёту, это довольно логично: ведь как можно презирать женщину и любить её одновременно?
Вспомним "Пир" - этот бесподобный памятник гомоэротической античности. Философствующие мужчины, стремящиеся возлечь друг с другом - не из нравственной испорченности, а из платонических, то есть по-настоящему искренних любовных побуждений - прекрасный образ логически последовательных женоненавистников. Юноши, приучавшиеся с самого нежного возраста любить мудрость и тех, кто ею обладает, а также стремиться и самим обрести её, - не противоречат сами себе, презирая примитивных женщин.
Умом Россию не понять, - писал поэт. С рациональностью здесь всегда было туго: в политике, философии, обществе, в мышлении, - везде. Воспроизводя самую жестокую женоненавистническую, практически феминицидную риторику, подавляющее большинство российских мужчин даже не подозревает, о том, что их брутальная гетеронормативность чуть более чем абсурдна, алогична и парадоксальна. Ведь если ты презираешь женщин и насмехаешься над ними, тебе только и остаётся, что любить мужчин: они, в отличие от женщин, развиты и молодцы. Но нет: с яростной маскулинной пеной у рта мизогины отстаивают одновременно и правомерность женоненавистничества, и правомерность сокрушительной гомофобии. Правильно любить только женщин - утверждают они, ненавидя их и при каждом удобном случае указывая на их недалёкость, невыносимость и общую никчёмность. Только мужчины - умны, содержательны, развиты и по-настоящему достойны любви, - восклицают они, приготовляя кулак для всякого мужчины, кто осмелится любить такое развитое и прекрасное существо.
Коренится ли этот парадокс в дремучей грубости шовинистского ума среднестатистического российского женоненавистника, полагающего, что любовь - это просто физиологическая процедура, сопровождаемая комплексом бытовых услуг, а потому она волне совместима с презрением к тому, кого ты любишь; или же причина этого парадокса в отсутствии у этих мужчин способности к логическому мышлению, или в каких-то иных глубоких внутренних повреждениях рассудка, - вне зависимости от причины этой проблемы, её очевидность несомненна, а последствия - по-настоящему ужасают.
(c)
О том, что с конца нулевых в российском обществе год от года крепнет волна традиционализма, консерватизма, сексизма и мизогинии, - сегодня не писал только ленивый. Это - огромная, многогранная и сложнейшая проблема, и этот пост, в общем-то, даже не о ней, ибо она слишком глобальна. Но - об одном из её крайне любопытных аспектов - об абсолютно парадоксальной ненависти к женщинам.
Парадоксальной я её называю не потому, что мне она не нравится и даже не потому, что она несправедлива, вопиюща и антигуманна (а она именно такова) - нет, дело совсем не в этом. В чём же?
Всякий помнит, что мудрые мужи античности полагали, что у женщины нет ума, и природа её грязна и ничтожна, а значит место её - на кухне и с детьми, а также у ног мужа. Классик мужского шовинизма Аристотель считал, что поскольку "женщине не удалось стать мужчиной, то её более низкое положение - естественно", а семейная иерархия, в которой муж управляет женой и детьми так же, как и рабами - это нечто абсолютно природное и сообразное Логосу.
Так же считали многие греки, предпочитавшие избегать женского общества насколько это возможно. Поэтому женщину полагалось ограждать от обучения и коммуникации с внешним миром и содержать в определённой половине дома, покидать которую она могла только с разрешения мужчины. В этой же половине дома она жила, рожала, кормила и растила детей - вместе со всеми другими женщинами, проживавшими там - в изоляции. Впрочем, сыновей у неё забирали на другую - мужскую - половину дома ещё до наступления их отрочества - с тем, чтобы воспитать из них добропорядочных граждан (мать могла оказаться преградой для этого, ведь она - женщина). Юноши обучались с юношами и воспитывались благородными мужчинами. Философия, политика, спорт, и прочее - вот что следовало им постигнуть.Женщине среди всего этого по понятным причинам не было места: она приземлённа и ассоциируется исключительно с бытовыми услугами и досадной необходимостью продолжать род. Более она ни на что не годна.
Что ж, сегодня этот взгляд на женщину вновь становится общепринятым. Шуточки про "борщ по-мужски", для приготовления которого "необходимо взять 55 килограмм женщины и поставить к плите до полной его готовности"; шуточки про паркующихся женщин и вообще женщин за рулём; шуточки от профессоров физфака про женщин-физиков, которые, якобы, похожи на морских свинок, у которых ничего общего ни с морем, ни со свиньёй; женоненавистнические мужские сообщества, изображающие женщину то в виде мяса, то в виде аксессуара, вроде дорогих часов, то в виде надоедливой и глупой, но милой домашней собачки; кремлёвские лекции фриковатых, но именитых учёных (таких, как господин Жуков) о том, что женский мозг по природе работает только в режиме первобытных инстинктов + бытовое обслуживание - всё это очень сообразуется с античными представлениями о женщине. С одной лишь разницей.
Античность гордилась своей логикой, а потому, имея такой мизогиничный взгляд на женщину, была...гомосексуальна.
В самом деле, если любовь - это глубокое экзистенциальное влечение (а именно такова любовь, воспетая Платоном, т.е. платоническая), то невозможно любить женщину - ведь она примитивна и не может быть ни собеседником, ни гражданином. С женщиной можно только продолжать род, но даже и сексуальная связь с ней - бессодержательна, поскольку секс - это только проявление глубинной и осмысленной любви. Греки, разделявшие такой взгляд на любовь, считали подобные бессодержательные связи отвратительными. Любовь, по их мнению, возможна только между мудрыми и интеллектуально развитыми людьми. Если такими являются только мужчины, что ж, значит, любовь доступна только мужчинам. Любовь, лишённая содержания, - есть нечто грязное, и не заслуживающее подобного названия. Короче говоря, не желая запятнать себя подобной грязью (как любовь с примитивным существом), греческие мужи предпочитали любить друг друга. По большому счёту, это довольно логично: ведь как можно презирать женщину и любить её одновременно?
Вспомним "Пир" - этот бесподобный памятник гомоэротической античности. Философствующие мужчины, стремящиеся возлечь друг с другом - не из нравственной испорченности, а из платонических, то есть по-настоящему искренних любовных побуждений - прекрасный образ логически последовательных женоненавистников. Юноши, приучавшиеся с самого нежного возраста любить мудрость и тех, кто ею обладает, а также стремиться и самим обрести её, - не противоречат сами себе, презирая примитивных женщин.
Умом Россию не понять, - писал поэт. С рациональностью здесь всегда было туго: в политике, философии, обществе, в мышлении, - везде. Воспроизводя самую жестокую женоненавистническую, практически феминицидную риторику, подавляющее большинство российских мужчин даже не подозревает, о том, что их брутальная гетеронормативность чуть более чем абсурдна, алогична и парадоксальна. Ведь если ты презираешь женщин и насмехаешься над ними, тебе только и остаётся, что любить мужчин: они, в отличие от женщин, развиты и молодцы. Но нет: с яростной маскулинной пеной у рта мизогины отстаивают одновременно и правомерность женоненавистничества, и правомерность сокрушительной гомофобии. Правильно любить только женщин - утверждают они, ненавидя их и при каждом удобном случае указывая на их недалёкость, невыносимость и общую никчёмность. Только мужчины - умны, содержательны, развиты и по-настоящему достойны любви, - восклицают они, приготовляя кулак для всякого мужчины, кто осмелится любить такое развитое и прекрасное существо.
Коренится ли этот парадокс в дремучей грубости шовинистского ума среднестатистического российского женоненавистника, полагающего, что любовь - это просто физиологическая процедура, сопровождаемая комплексом бытовых услуг, а потому она волне совместима с презрением к тому, кого ты любишь; или же причина этого парадокса в отсутствии у этих мужчин способности к логическому мышлению, или в каких-то иных глубоких внутренних повреждениях рассудка, - вне зависимости от причины этой проблемы, её очевидность несомненна, а последствия - по-настоящему ужасают.
(c)